Соломон Гугенхайм

Все шло хорошо у Соломона Гугенхайма. Бизнес – добыча золота и железной руды, жена – из Ротшильдов, она же привила ему увлечение искусством.
Но Соломон был консервативен, предпочитал старых мастеров.
Когда вдруг в 1926 году к американскому еврею явилась молодая немецкая баронесса.
И началось. Нет, вовсе не то, что вы подумали.
Хилла фон Ребай была художницей и получила заказ на портрет Гугенхайма. Написала – он тут, строгий, в костюме.
Но именно Хилла рассказала Соломону о новом искусстве – нефигуративном.
Гугенхайм уже был очень немолод, за 60. И вдруг увлекся абстракционизом. Настолько, что вместе с Хиллой отправился в Германию на встречу с Кандинским. И скупил у того чуть ли не все, что было.
Дальше начал покупать современных художников – но все под чутким руководством Хиллы. Именно ей мы обязаны уникальной коллекцией.
Шагал, Клее, Леже, Модильяни, тот же Кандинский – это лишь самые громкие имена, Гугенхайм не жалел денег.
Та же Хилла навела Гугенхайма на мысль об отдельном музее – все собрание уже негде было развешивать. Некогда она сказала ему: «С этой коллекцией вы войдете в историю». И он явно это сам понимал, музей стал необходимостью.
Проект заказали архитектору США номер один – Фрэнку Ллойд Райту.
Под будущее здание Гугенхайм купил участок в центре Манхэттена, а Хиллу назначил директором Музея, но проекты менялись, доделывались, все затянулось.
Да, здание Музея Соломона Гугенхайма стало одним из символов Нью-Йорка, но сам владелец до открытия не дожил. А Хиллу его родственники уволили, и она ни разу не побывала в том месте, которому отдала жизнь.